Еще один пагази сбежал этой ночью. Теперь это очень любезно с их стороны, так как в Уиьяньембе мы сэкономим их жалованье. Сегодня оттуда пришли какие-то люди и говорит, что вокруг дороги впереди множество разбойников и мы должны быть бдительны, иначе потеряем часть грузов. Они толкуют о пути до Уджиджи за 25 переходов, но из них 14 —без продовольствия, так что сложность будет в том, чтобы его тащить. Иначе было бы прекрасно попасть туда за пять недель из Уиьяньембе. Я думаю попытаться достать еще ослов в Уиьяньембе, ведь там, где есть трава и вода, они вполне годятся.
29 июля. Вышли утром. Из-за еще одного сбежавшего пагази задержались до девятого часа. К 12 подошли к каким-то лужам воды, которые, по словам туземцев, в дождливый сезон образуют часть реки. Но раз вся местность обнаруживает признаки превращения в болото во время дождей, а ложа реки нет, считаю, что лужи эти образуют лишь длинный пруд. Дичи много, и один из пагази, после того как долго подкрадывался, добыл зебру. Мы с Диллоном выходили в поле, видели несколько антилоп и табун мимба, или гну, в которых выстрелили издали. И, я думаю, оба попали из первых стволов, так как патроны разорвались, но не подняли никакой пыли. Но они (гну) умчались как мгновенная вспышка ослепительной молнии. Встречались следы и помет всех видов четвероногих, и, если бы только было время, чтобы посвятить несколько дней охоте, это был бы истинный рай для охотника.
По возвращении в лагерь обнаружили, что караван, о котором мы слышали в Ки Сара-Сара, проходит мимо. Мтонги6 был красивый старый араб с совершенно белой бородой, но живой и сидевший как на иголках — совсем как котенок.
Он говорит, что все арабы покинули Уиьяньембе, гоняясь за Мирамбо, который потерял последнюю свою деревню и которого преследуют по зарослям. Единственный араб, который сейчас есть в Таборе, — это калека, так что мы найдем город совсем покинутым. Курс — норд-вест, семь миль,
30 июля. Вышли чуть позже 7. Я пошел с Исой в заросли в стороне и попытался поохотиться. Но пришлось идти с наветренной стороны, и мы ничего не увидели, кроме двух антилоп, что были вне досягаемости, и нескольких обезьян. Трех с половиной часов этого занятия мне было достаточно, и я начал двигаться к дороге; взяв вместо тяжелой винтовки свой дробовик, дважды или трижды выстрелил по птицам. Вскоре затем я был встречен несколькими возбужденными аскари, которые подумали, что стрельба возникла из-за встречи с ватута (дикое племя, которого очень боятся) 7 и руга-руга (банды разбойников из любого племени) 8. Так скоро, как это только было возможно, я вернулся к дороге и нашел весь караван остановившимся и в большом испуге. Я снова поднял людей, и в час дня мы дошли до первой деревни в Ургуру, где и разбили лагерь.