У многих женщин здесь и в Касангалове нет сосков на грудях, а только углубление. Я был несколько удивлен, но мне сказали, что такими рубцами они покрывают себя ради украшения. Я все же полагаю, что эта операция слишком болезненна, чтобы калечить себя добровольно, и предположил, что это могло бы быть наказание; у меня все еще есть сомнения по сему поводу. Могу заметить, что таким способом обычно бывают изуродованы те, что лучше всего па вид.
За небольшую плату в четыре нитки бисера здесь изготовляют прелестные маленькие гребешки из слоновой кости. Когда ими не пользуются, их носят в волосах как украшение, и они хорошо смотрятся.
Наряду с обычным бисером и самбо всеобщее распространение получили массивные ручные и ножные кольца из железа и латуни вроде индийских. А многие обвязывают ноги ниже колена маленькими кольцами из плетеной травы, которая заменяет проволоку и иные украшения у тех, кто последние не может себе позволить. Веревки для подвязывания набедренных повязок часто вместо проволоки покрыты бисером разных цветов, а многие мужчины носят широкие кожаные пояса.
Поскольку на следующий день ветер нам благоприятствовал, мы подняли паруса (на «Пикле» использовали циновку и набедренные повязки). Я вошел в реку Лува-зива, дабы определить направление ее течения, и нашел, что река течет в озеро 5. Говорят, будто исток ее — в стране Мамбембе и что она очень петляет: караванам из Касени на их пути в Акалунгу приходится пересечь ее три раза. Я поначалу думал, что Лувазива вытекает из озера — она так напоминала свободный исток, — но, когда мы прошли в нее поглубже, снова перед нами были обычное, заросшее травой устье и песчаные косы.
Я думаю, что озеро питается ключами на его дне ib дополнение к многочисленным рекам и потокам, поскольку в тех местах, где случились оползни, вода пробивается среди камней и тонкой струйкой стекает в озеро. Местность похожа на огромную губку, полную воды 6.
Дичи было очень много. Но я был настолько хром, что приходилось меня вносить в лодку и выносить из нее; соответственно выйти пострелять я не мог. Нарыв, который сделал меня хромым на пути в Уджиджи, образовал большую незаживающую язву, а вдобавок у меня была скверная потница.
По мере того как мы шли дальше, можно было видеть многочисленные мелкие ручьи и потоки; а холмы были ,кфуты, но невысоки — от 400 до 600 футов. Деревень не было видно, так как все население жило внутри страны, за холмами. Но в одном или двух местах на берегу лежали вытащенные каноэ, и хозяева их не могли быть далеко.
24 апреля нам снова помог добрый бриз, хотя в соседстве с холмами он был скорее порывист. Час мы потеряли из-за людей, задержавшихся на суше, когда они разграбили рыбацкую хижину, и мне стоило величайшего труда заставить их возвратить вещи. Бомбей был среди них, поедая ворованную рыбу.